Горячая линия бесплатной юридической помощи:
Москва и область:
Москва И МО:
+7(499)938-71-58 (бесплатно)
Регионы (вся Россия, добавочный обязательно):
8 (800) 350-84-13 (доб. 215, бесплатно)

Об удалении адвокатов из зала суда || Правовые последствия суда при допущении нарушений с заменой адвоката

Отдельным судьям надо периодически напоминать о существовании Кодекса судейской этики

2 сентября 2019 г.

Несколько соображений в дополнение к дискуссии об удалении адвокатов из зала суда

https://www.youtube.com/watch?v=ytpolicyandsafetyru

Максим Никонов в своей статье«За что судьи “дисквалифицируют” адвокатов и как этому противостоять»
поднял очень серьезную тему для всего адвокатского сообщества.

Не случайно оперативно откликнулись по этой теме наши уважаемые коллеги Юрий Новолодский, Вадим Клювгант, Алексей Созвариев, Евгений Белов и Нвер Гаспарян, позицию которых, я, безусловно, разделяю. Считаю необходимым продолжить дискуссию и высказать несколько своих соображений по данной теме.

К сожалению, адвокатура не располагает статистическими данными о количестве российских адвокатов, удаленных председательствующими из зала судебного заседания, и, соответственно, трудно судить о масштабах такого скверного явления. На территории Вологодской области мне неизвестно ни одного случая удаления судами адвоката из процесса.

  Тем не менее сегодня укореняется судебная практика, связанная с ограничением судами России прав адвокатов, участвующих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, а соответственно, – права на защиту. «Зеленый свет» этим нововведениям дали Конституционный и Верховный Суды РФ.

* * *

Удаление защитника из зала судебного заседания – это бесспорно вопиющий факт в уголовном судопроизводстве, который до этих пор был достаточно редким явлением. Суд, как правило, удалив адвоката из зала заседания, сообщал о допущенных последним нарушениях (с точки зрения суда) в адвокатскую палату для принятия мер воздействия и после определенного перерыва возобновлял процесс с этим же адвокатом.

В настоящее время, как показала практика отдельных регионов, суды все чаще, удаляя адвоката из зала заседания, обращаются в адвокатскую палату с просьбой о принятии мер реагирования в дисциплинарном порядке к удаленному из процесса адвокату и назначении подсудимому защитника в порядке ст. 51 УПК РФ.

Несомненно, органы адвокатской палаты должны проверить обоснованность удаления адвоката из зала судебного заседания и принять решение по обращению суда о назначении защитника или в отказе в этом суду, поскольку удаленный из зала заседания защитник не лишен права на выполнение функции защитника в следующих судебных заседаниях.

Напрашивается вопрос, а вправе ли адвокатская палата оценивать правомерность действий суда по удалению адвоката из зала судебного заседания? Или это исключительная компетенция суда и его решение об удалении адвоката из зала судебного заседания может быть оспорено только адвокатом путем подачи апелляционной жалобы как участником уголовного судопроизводства и то – одновременно с обжалованием приговора?

Не будут ли в данном случае действия адвокатской палаты расценены как вмешательство в осуществление судом правосудия, а в случае отказа в назначении адвоката при наличии адвоката по соглашению – как противодействие суду в осуществлении правосудия?

Учитывая, что эти вопросы напрямую связаны с проверкой соответствия действий адвоката Кодексу профессиональной этики адвоката в ходе осуществления защиты по уголовному делу и происходят на основании обращения суда с просьбой о принятии мер реагирования к адвокату, удаленному судом из зала судебного заседания, действующее законодательство позволяет адвокатской палате оценивать действия удаленного из зала заседания адвоката с точки зрения соблюдения им норм профессиональной этики и в зависимости от установленных обстоятельств принимать решение о назначении или неназначении адвоката.

Так, согласно подп. 5 ч. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» совет адвокатской палаты организует оказание юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, в соответствии с порядком, определенным Советом Федеральной палаты адвокатов; доводит этот порядок до сведения указанных органов, адвокатов и контролирует его исполнение адвокатами.

https://www.youtube.com/watch?v=ytaboutru

В соответствии со ст. 50 УПК РФ назначение защитника осуществляется в порядке, определенном Советом Федеральной палаты адвокатов. То есть адвокатская палата не является в данной ситуации созерцателем и исполнителем пожеланий суда, а должна принимать решение в полном соответствии с законом.

Мне могут возразить, что необходимо всем адвокатам и органам адвокатских палат субъектов РФ выполнять решение Совета ФПА РФ о двойной защите от 27 сентября 2013 г., где говорится: «Рекомендовать органам адвокатских палат предусмотреть в решениях советов об утверждении порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению, положение о том, что адвокат не вправе по назначению суда принимать поручение на защиту лиц против их воли, если интересы этих лиц в уголовном судопроизводстве защищают адвокаты на основании заключенных соглашений».

Данное решение действительно запрещает адвокатам вступать в дело по назначению при наличии адвоката по соглашению под страхом дисциплинарной ответственности. Да, это так, но указанное решение Совета ФПА РФ вводит запрет для вступления адвоката в дело по назначению при условии, что адвокат по соглашению надлежащим образом исполняет свои профессиональные обязанности и в установленные уголовно-процессуальным законом сроки принимает участие в следственных действиях и в судебных заседаниях.

В соответствии со ст. 50 УПК РФ в случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника дознаватель, следователь или суд вправе предложить подозреваемому, обвиняемому пригласить другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника в порядке, определенном Советом Федеральной палаты адвокатов.

Если участвующий в уголовном деле защитник в течение 5 суток не может принять участие в производстве конкретного процессуального действия, а подозреваемый, обвиняемый не приглашает другого защитника и не ходатайствует о его назначении, то дознаватель, следователь вправе произвести данное процессуальное действие без участия защитника, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 –7 части первой статьи 51
настоящего Кодекса.

Если в течение 24 часов с момента задержания подозреваемого или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу явка защитника, приглашенного им, невозможна, то дознаватель или следователь принимает меры по назначению защитника в порядке, определенном советом Федеральной палаты адвокатов. При отказе подозреваемого, обвиняемого от назначенного защитника следственные действия с участием подозреваемого, обвиняемого могут быть произведены без участия защитника, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2–7 ч. 1 ст. 51 настоящего Кодекса.

К сожалению, отдельные наши коллеги, получив требование от координатора по организации защиты в порядке ст. 51 УПК РФ на участие по конкретному уголовному делу, отказываются вступать в дело, узнав, что у обвиняемого имеется адвокат по соглашению, при этом ссылаются на запрет, установленный решением Совета ФПА РФ о двойной защите.

Однако это решение Совета ФПА РФ необходимо толковать во взаимосвязи и с учетом норм уголовно-процессуального закона, судебных актов, принятых Конституционным Судом РФ, Верховным Судом РФ, допускающим в определенных случаях участие адвоката в деле по назначению, в том числе и без согласия подзащитного при наличии адвоката по соглашению.

К тому же следует учесть, что данное решение Совета ФПА РФ принято было в 2013 г., после чего вышло Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», несколько решений Конституционного Суда РФ (последнее Постановление КС РФ от 17 июля 2019 г.

Предлагаем ознакомиться:  Как называется кредит для погашения другого кредита

№ 28-П по делу о проверке конституционности ст. 50 и 52 УПК РФ в связи с жалобой гражданина Ю.Ю. Кавалерова), вводящие понятие «злоупотребление правом» обвиняемым и его защитником и предоставляющие суду возможность ограничивать права защиты, в том числе путем назначения защитника при наличии адвоката по соглашению.

Однозначно, что вышеуказанные судебные акты мы не можем игнорировать и потому должны тщательно проверять обоснованность ограничения прав адвоката, в том числе в случае удаления судом адвоката из судебного заседания и исходя из установленных фактов и с учетом имеющихся доказательств принять решение о назначении или неназначении адвоката.

Но если в ходе проверки обращения суда будет установлено, что адвокат в ходе судебного следствия действительно совершил действия, грубо нарушающие нормы профессиональной этики, не позволяющие суду рассматривать дело с его участием, то считаю, что адвокат должен быть назначен в качестве защитника по делу.

Полагаю, что Совету ФПА РФ следует подкорректировать свое решение о двойной защите с учетом позиции Конституционного Суда РФ.

Сергей Иванов

* * *

В то же время, если адвокатская палата установит, что адвокат был неправомерно удален из зала судебного заседания за активную защиту своего подзащитного, то в назначении защитника суду должно быть мотивированно отказано.

Кроме того, адвокат и адвокатская палата, действующая в защиту профессиональных прав последнего, вправе обратиться в квалификационную коллегию судей субъекта РФ с просьбой о применении в отношении судьи мер дисциплинарного воздействия за грубые нарушения процессуального закона, Кодекса судейской этики при отправлении правосудия.

Считаю, что обращение в квалификационную коллегию судей «остудит» зарвавшегося судью и будет достаточно эффективным средством защиты профессиональных прав адвокатов.

Удалять нельзя, оставить

23 августа 2019 г.

Об удалении адвокатов из зала судебного заседания

Если совершить экскурс в историю, то согласно УПК РСФСР 1923 г. при неисполнении распоряжений председательствующего лицом, принадлежащим к составу коллегии защитников, суд сообщал об этом соответствующим учреждениям защиты (в президиум коллегии защитников) на предмет возбуждения дисциплинарного производства. Удаление защитника как мера дисциплинарного воздействия не допускалась.

Очень познавательно, что в методическом письме Прокуратуры СССР «Участие прокурора в судебном следствии» 1938 г. приводился «возмутительный случай совершенно недопустимого поведения прокурора на суде, когда судья лишил защитника права участия на той части судебного заседания, которая происходила при закрытых дверях, а присутствующий на суде прокурор никак не реагировал на грубейшее нарушение прав подсудимого и его защитника и спокойно продолжал участвовать в рассмотрении дела».[1]

В ст. 263 УПК РСФСР 1960 г. удаление подсудимого предусматривалось, а вот удаление защитника – нет.

В развитие данной темы представляют несомненный интерес публикации Максима Никонова «За что судьи «дисквалифицируют» адвокатов и как этому противостоять», Юрия Новолодского «Замечания за любые возражения» и Вадима Клювганта «Не играть словами».

Следует понимать, что можно сколько угодно долго и громко кричать о недопустимости и вредности таких удалений, можно обжаловать каждый такой факт до самой последней инстанции, а негативную тенденцию переломить не удастся.

Нвер Гаспарян

Причина заключается в том, что паллиативные меры в данном случае недостаточны.

Для удалений адвокатов из суда уже имеется правовая база в виде ряда определений Конституционного Суда РФ.

Хотя ст. 258 УПК РФ прямо не предусматривает возможность удаления адвоката из зала судебных заседания, КС РФ все же допускает удаление защитника из зала судебного заседания, когда допущены такие нарушения, которые должны были дезорганизовать весь ход судебного заседания и были направлены на срыв судебного процесса в целом (определения КС РФ от 20 октября.2005 г. № 371- О1, от 15 ноября 2007 г. № 821-О-О2, от 24 сентября 2012 г. № 1627-О3).

В связи с этим возражения коллег, что ст. 258 УПК РФ не предусматривает право суда удалить защитника из суда, уже не проходят.

Если мы начнем оспаривать отсутствие оснований для удалений, памятуя о том, что чаще всего это не устраивающая суд активность адвоката, то и тут нас ждут разочарования, поскольку достаточность оснований определяет только судья, а апелляционная проверка законности его процессуального решения откладывается на несколько месяцев при обжаловании приговора, а подсудимый (осужденный) все это время будет страдать без выбранного защитника. Как нам достоверно известно, на апелляционные инстанции в этом вопросе особых надежд возлагать не стоит.

Отрадно, что Максим Никонов нащупал очень важную педаль, нажав на которую сообщество сможет реально остановить разгулявшийся источник повышенной адвокатской опасности.

Юрий Новолодский

Хотелось бы развить озвученные идеи и оформить их в действенные корпоративные нормы.

На мой взгляд, необходимо принятие на уровне Федеральной палаты адвокатов РФ разъяснение, регулирующее порядок действий адвокатских палат в случае удалений адвокатов из судебных заседаний.

Алгоритм действий может быть такой.

В день своего удаления адвокат обязан незамедлительно проинформировать палату и представить все имеющиеся материалы, включая свое объяснение относительно обстоятельств удаления.

После удаления судья отложит судебное заседание и будет вынужден обратиться в адвокатскую палату для назначения нового защитника.

В связи с этим у палаты появится время (несколько суток), достаточное для того, чтобы разобраться в обоснованности удаления.

Можно будет оперативно изучить объяснения адвоката и, возможно, иных лиц, участвовавших в судебном заседании, мнение самого подсудимого, постановление судьи, аудиозапись хода судебного заседания и иные документы.

Если в результате проверочных действий выяснится, что адвокат, что случается крайне редко, например, нецензурно оскорбил председательствующего либо иных участников процесса, совершил в отношении них какие-либо насильственные действия, не являлся в судебное заседание в течение длительного времени без уважительных причин и т.п., чем дезорганизовал весь ход судебного заседания, то палата назначит нового защитника, который будет обязан принять поручение.

Если же окажется, что адвокат был удален из зала судебного заседания, что часто имеет место, в связи со своей активной процессуальной позицией, за снятые судом недопустимые вопросы, возражения на действия председательствующего, заявленные отводы и иные вполне допустимые действия, то палата адвоката не назначает и направляет суду мотивированный ответ.

Никаких непреодолимых проблем для правосудия в таком случае не создается, и оно осуществляется в порядке, установленном ст. 258 ч. 2 УПК РФ: «При неподчинении обвинителя или защитника распоряжениям председательствующего слушание уголовного дела по определению или постановлению суда может быть отложено, если не представляется возможным без ущерба для уголовного дела заменить данное лицо другим. Одновременно суд сообщает об этом вышестоящему прокурору или в адвокатскую палату соответственно».

Отрицательным ответом адвокатской палаты констатируется как невозможность замены адвоката в связи с ущербом для уголовного дела, так и отсутствие оснований для вступления в дело адвоката по назначению.

Так, в Решении Совета ФПА РФ о двойной защите от 27 сентября 2013 г. указано: «Рекомендовать органам адвокатских палат предусмотреть в решениях советов об утверждении порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению, положение о том, что адвокат не вправе по назначению суда принимать поручение на защиту лиц против их воли, если интересы этих лиц в уголовном судопроизводстве защищают адвокаты на основании заключенных соглашений».

После отложения слушания уголовного дела и сообщения в палату и невозможности заменить адвоката другим лицом суд продолжает рассмотрение дела с прежним защитником по соглашению.

Предлагаем ознакомиться:  Что делать с остатком средств материнского капитала?

Таким образом, предполагается, что суд применил в отношении адвоката процессуальную санкцию в форме отложения судебного заседания и направления сообщения в адвокатскую палату, которая оценит действия защитника на предмет соответствия нормам этики.

«При этом часть третья статьи 258 УПК Российской Федерации, согласно которой подсудимый может быть удален из зала судебного заседания до окончания прений сторон, лишь определяет конечный срок, когда возможно вынесение решения и удаление подсудимого. Данная статья, допуская удаление подсудимого из зала судебного заседания при нарушении им порядка в судебном заседании, неподчинении распоряжениям председательствующего или судебного пристава (часть первая), предполагает такое его устранение из процесса, продолжительность которого должна быть адекватной (соразмерной) содеянному им и определяемой, в том числе с учетом кратности (систематичности) допущенных нарушений порядка в судебном заседании.

Вадим Клювгант

Принимая решение об удалении подсудимого или его защитника из зала судебного заседания, суд обязан указать фактические обстоятельства допущенных подсудимым нарушений порядка в ходе судебного заседания, неподчинения защитника распоряжениям председательствующего и привести достаточные аргументы в обоснование вывода о необходимости их удаления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2005 года № 204-О, от 20 октября 2005 года № 371-О, от 16 ноября 2006 года № 515-О, от 15 ноября 2007 года № 821-О-О, от 21 февраля 2008 года № 131-О-О, от 13 октября 2009 года № 1112-О-О, от 17 июня 2010 года № 795-О-О, от 29 сентября 2011 года № 1220-О-О, от 22 марта 2012 года № 625-О-О и др.)».

Как видно, КС РФ ничего не говорит относительно безвозвратного удаления как подсудимого, так и адвоката на все последующее время, что в последние годы охотно применяется судьями.

Предлагаемый вариант возлагает именно на палаты принятие решений относительно выделения (невыделения) адвокатов по назначению взамен удаленного адвоката по соглашению.

Именно палата должна в таких случаях решать, нарушил ли адвокат законно-этические нормы и тянут ли эти нарушения на удаление.

Таким образом, проблема удалений защитника будет решена в уголовно-процессуальных рамках.

Тем самым адвокатское сообщество предотвратит нарушение важнейшего конвенционного, конституционного и процессуального права на защиту.

Как тут не вспомнить преамбулу Постановления
Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», где говорится о том, что обеспечение права на защиту является обязанностью государства и необходимым условием справедливого правосудия.

Замечания за любые возражения

21 августа 2019 г.

Об удалении адвоката из судебного процесса

Во-первых, следует поблагодарить Максима Никонова за то, что он поднимает
столь важную тему и правильно определяет опасность ситуации. Его предложения, безусловно, заслуживают внимания. Призываю коллег, помимо того способа борьбы с данной проблемой, который предлагает Максим Никонов, подумать всем сообща и поискать новые способы. Готов предложить один из таких способов – постановка вопроса перед судебной властью о необходимости объективизировать судебные решения.

Я сам был свидетелем того, как адвокат выразил желание участвовать в исследовании доказательств, на что судья сказала ему, что он сделает это во время прений. Но почему в прениях? Доказательства нужно исследовать здесь и сейчас, когда их представляет прокурор. Адвокат попытался возразить. Тогда судья заявила, что делает адвокату замечание, так как он мешает суду работать.

Почему мешает работать? Адвокат избрал предусмотренную законом форму возражения. Но если адвокат попытается и дальше отстоять свои профессиональные права на исследование доказательств, ему сделают второе замечание и могут удалить из процесса. А потом, через месяц-два, когда будут рассматривать апелляционную жалобу, ничего объективного представить в свою защиту адвокату будет невозможно, так как в протоколе судебного заседания эта информация будет отсутствовать. Аудиозапись, в нарушение требований закона, до сих пор не ведется.

В связи с этим, на мой взгляд, один из вариантов решения проблемы – сделать так, чтобы удаление защитника было возможно только в том случае, когда суд обладает бесспорными подтверждениями ненадлежащего поведения адвоката. Необходимо обращение адвокатуры в Верховный Суд с просьбой подготовить разъяснения для судов о том, что удаление из процесса возможно только тогда, когда проступки адвоката зафиксированы и могут быть объективно подтверждены.

И не играть словами

21 августа 2019 г.

Об удалении адвокатов из зала суда || Правовые последствия суда при допущении нарушений с заменой адвоката

Ответ на статью Максима Никонова о механизме реагирования адвокатских палат на удаление защитников

В известном стихотворении Марины Цветаевой есть слова: «Мне нравится, что можно быть смешной, распущенной и не играть словами…». В отличие от лирической героини стихотворения, адвокату на работе ни смешным, ни распущенным быть, конечно, не подобает. Играть словами тоже не стоит, какой бы соблазнительной, а иногда и изящной эта игра ни казалась.

Бывают, правда, редкие исключения, когда она может быть полезной и даже необходимой, но сейчас речь не о них. По общему правилу, и выбор слов, и их анализ должны быть самыми точными, ведь слово, будь то устное или письменное, – наше главное оружие в суде. И оружие против нас. Выбор того или иного слова может иметь очень разные последствия.

А раз так, то и любую неясность в словах наших оппонентов (каковыми, безусловно, становятся и суды в ситуации конфликта между ними и адвокатом-защитником в процессе) нам следует выявлять и использовать в своих интересах. Это, между прочим, важный элемент защиты всеми не запрещенными законом способами.

В конце концов, правовая определенность – конституционное требование, неотъемлемая часть принципа равенства всех перед законом и судом. А с учетом другого международно признанного принципа – благоприятствования защите – отсутствие этой самой определенности может использоваться только в пользу стороны защиты, но никак не во вред ей.

Мне показалось важным предварить этим вступлением некоторые мысли в рамках развернувшейся дискуссии
о том, как противостоять модному тренду «удаления» («отстранения») адвокатов-защитников судами по мотивам их «ненадлежащего поведения» в процессе.

Алексей Созвариев

Коллега из Владимира Максим Никонов недавно высказал
свои соображения. С многими из них нельзя не согласиться, некоторые другие представляются спорными, что никак не умаляет актуальности самой дискуссии.

Прежде всего не вызывает ни малейших сомнений то обстоятельство, что уголовно-процессуальный закон не содержит никаких иных оснований прекращения участия в уголовном деле адвоката, осуществляющего защиту по соглашению, кроме расторжения соглашения, отвода при наличии законных оснований для этого (ст. 72 УПК РФ) и принятого судом отказа подзащитного. Этот перечень является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию.

Следовательно, реализация председательствующим судьей его полномочий по обеспечению порядка в судебном заседании, предусмотренных ст. 258 УПК РФ, в отсутствие какого-либо из указанных оснований не может повлечь прекращение участия адвоката-защитника в уголовном деле. Во-первых, потому, что никакое ограничение конституционного права на защиту способом, прямо не предусмотренным законом, невозможно в силу требования ч. 3 ст.

Предлагаем ознакомиться:  Как отразить выплату дивидендов в учете и удержать НДФЛ

55 Конституции РФ. Во-вторых, поскольку ни слово «удаление», ни слово «отстранение» ст. 258 УПК РФ применительно к адвокату-защитнику не содержит (в то время как согласно этой же норме подсудимый или присутствующие в зале судебного заседания лица могут быть удалены из него при определенных условиях и на определенный срок).

В-третьих, согласно действующей редакции ч. 4 ст. 49 УПК РФ адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника (а не «допускается к участию в деле», как было раньше) на основании удостоверения и ордера. И такое вступление не требует ни заявления адвокатом ходатайства, ни принятия процессуального решения лицом, в производстве которого находится дело.

Процессуальное решение принимается только при назначении защитника, когда для этого есть законные основания. Иными словами, общий (основной) порядок вступления адвоката-защитника в дело является уведомительным, а не разрешительным. Это тоже важно помнить и учитывать при определении «системы координат» и алгоритма действий в ситуации, когда встает вопрос об «удалении» («отстранении») адвоката-защитника.

«2.7. …Статья 258 УПК Российской Федерации направлена на обеспечение надлежащего осуществления правосудия по уголовным делам и пресечение нарушений установленного в судебном заседании порядка со стороны участников уголовного судопроизводства, включая подсудимого и его защитника, а также иных присутствующих в зале судебного заседания лиц.

Часть вторая статьи 258 УПК Российской Федерации – по смыслу статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, – не может рассматриваться как недопустимо ограничивающая права подсудимого в случае, когда приглашенное им в качестве защитника лицо нарушает порядок в зале судебного заседания и создает препятствия для надлежащего осуществления правосудия и реализации другими участниками процесса их прав, гарантируемых Конституцией Российской Федерации и Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Она не содержит положений, которые не позволяли бы суду в случае ненадлежащего исполнения защитником, участвующим в деле, своих функций или нарушения порядка в судебном заседании избирать в отношении него меру воздействия, соразмерную характеру совершенного им нарушения, а подсудимому – ходатайствовать о допуске к участию в деле иного защитника взамен отстраненного судом…» (выделено мной. – В.К.).

Как видим, здесь сказано о возможности осуществления защиты приглашенным подсудимым лицом, не являющимся адвокатом, и об исключении возможности дезорганизации судопроизводства этим лицом. В случае такого поведения оно может быть отстранено, а у подсудимого возникает право «ходатайствовать о допуске к участию в деле иного защитника взамен отстраненного судом».

Полагаю, упомянутое М. Никоновым решение Верховного Суда РФ по конкретному делу не свидетельствует об ошибочности предлагаемого подхода хотя бы потому, что оно не является разъяснением общего характера о применении закона, а неразрывно связано с обстоятельствами конкретного дела, и при этом тот же ВС высказывал противоположную позицию по другим конкретным делам.

Следовательно, ссылка в ч. 2 ст. 258 УПК РФ на гипотетическую возможность «без ущерба для уголовного дела заменить данное лицо другим» (под «данным лицом» в анализируемой норме закона имеются в виду обвинитель или защитник) может относиться лишь к такому из упомянутых участников судебного разбирательства, который либо не был избран подсудимым в качестве его защитника, либо не является адвокатом (например, к обвинителю либо к защитнику – не адвокату).

– в порядке реализации председательствующим полномочий, предусмотренных ст. 258 УПК РФ, не может быть принято решение о прекращении участия в деле адвоката-защитника по соглашению, а следовательно – не может возникнуть законное основание для назначения другого адвоката в качестве защитника подсудимого;

https://www.youtube.com/watch?v=ytpressru

– в случае принятия судом подобного решения оно подлежит самостоятельному апелляционному обжалованию в соответствии с ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ как препятствующее доступу к правосудию и дальнейшему движению дела. Здесь уместно напомнить, что нарушение права на защиту – безусловное основание к отмене приговора (п. 4 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ);

– неподчинение распоряжениям председательствующего адвокатом, являющимся единственным защитником подсудимого и осуществляющим защиту по соглашению, может повлечь только отложение судебного заседания и сообщение об этом в адвокатскую палату;

– при наличии у подсудимого других адвокатов, осуществляющих его защиту по соглашению, судебное заседание может быть продолжено и без участия адвоката-«нарушителя», поскольку такое частичное изменение состава защитников не нарушает право на защиту (п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 30 июня 2015 г.

№ 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», далее – Постановление Пленума ВС), а следовательно – не наносит «ущерба для уголовного дела». При этом у суда нет оснований не допустить защитника, отсутствовавшего по указанной причине в судебном заседании, к участию в следующем судебном заседании по делу;

– поскольку при защите по назначению у обвиняемого нет права персонального выбора защитника, замена такого защитника возможна без его согласия. Другое дело, что для такой замены должны быть законные основания, и они должны быть приведены и мотивированы в соответствующем процессуальном решении. А вот заменить помимо воли подзащитного его защитника по соглашению другим защитником по соглашению же, разумеется, невозможно.

– настаивать на предоставлении возможности консультаций с подзащитным для выработки общей позиции и ее последующего изложения суду до принятия им решения;

Повод для тщательного анализа

19 августа 2019 г.

О проблеме удаления адвокатов из зала суда

Ознакомившись со статьей Максима Никонова «За что судьи “дисквалифицируют” адвокатов и как этому противостоять», считаю необходимым высказать свои соображения о затронутой автором теме.

Представляется, что предложенный Максимом Никоновым механизм реагирования на удаление адвокатов из зала суда имеет не столько теоретическое, сколько прикладное значение. По моему мнению, его можно рассматривать как рекомендации, связанные с действиями адвокатов и адвокатского сообщества в данной конфликтной ситуации.

Думается, что каждый случай удаления адвоката из зала суда и дальнейшее отстранение его от участия в защите доверителей должен стать предметом самого тщательного анализа советом адвокатской палаты. В ходе проверки необходимо подвергнуть контролю как действия адвоката, удаленного из зала суда, так и адвоката, вступившего в дело по назначению, взамен удаленного.

В случае нарушения названными адвокатами норм процессуального права, законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, а также КПЭА меры дисциплинарного воздействия следует применять в качестве превентивного фактора.

Не лишним, на мой взгляд, следует признать принятие советами адвокатских палат субъектов разъяснений (подп. 19 п. 3 ст. 31 КПЭА), обязательных для исполнения адвокатами по исследуемой проблеме.

Хотелось бы также призвать коллег неукоснительно соблюдать действующее законодательство в ходе рассмотрения судебных дел, что не позволит председательствующему судье принимать такие радикальные меры, как удаление адвоката из зала суда и отстранение его от дела. Это не означает, что адвокат должен пассивно наблюдать за теми нарушениями, которые позволяют себе допускать судьи, а также иные участвующие в деле лица.

https://www.youtube.com/watch?v=https:accounts.google.comServiceLogin

И наконец. Скорейшее введение в практику судебного разбирательства аудио-, а тем более видеопротоколирования позволило бы избежать тех проблем, о которых пишет автор в своей статье.

Оцените статью
Юридическая помощь
Adblock detector